| |
Пристрастия
|
***
осень, любимый! Москва простудилась и пьёт
горькие капли дождя, согревает компрессом
Екатерина Каверина – "Опустошённость"
Осень, Катюша. Уходит, прощаясь, жара,
Скинуло лето свинцовую ткань безразличья,
Вслух растворяется в лужах смешное "вчера",
Шепотом листьев кружит над движеньем столичным.
Дождь каждый день. Урожай. Ожиданье зимы.
Носится в небе осеннем печальная сырость
Теплые дни почему-то уже сочтены
Ну расскажи... что тебе этим утром приснилось?
Чьё-то большое плечо? Или просто огонь?
В робком дыханье свечи невозможно согреться.
Мы к этой теме вернёмся грядущей весной –
Может весна исцеляет от осени в сердце?
Небо опять прохудилось. Сегодня среда.
Я потерялся в стихах, я не сплю до рассвета.
Сверху летит в ослепительных искрах вода.
Это не дождь. Это слёзы ушедшего лета.
Хамелеон
Боевой маг может ошибиться лишь раз.
Ольга Белоусова – "Колдовской удел"
Серый дым, детский плач, чей-то дом за углом
От бессмысленной бойни застрял в горле ком
Я бреду, затерявшись в безумье огня
В этом доме уже много лет нет меня
Я так много веков ожидаю рассвет
Я ночной перевeртыш, и выбора нет
Я был тихо убит на последней войне
В этом доме не помнит никто обо мне
Красным диском в ночи отсургучу печать,
На луну волку трудно бывает молчать
Для луны диким воем готовлю ответ
Где-то всe же я есть, раз меня нигде нет
О крыльях и не только...
толпа не желала видеть, как я превращаюсь в счастье,
их жаждой разъела зависть и злость из них плети свила.
мы так и не стали целым, мы так и остались частью...
послушай, я все понимаю, но больше не будем о крыльях!?
Ирина Огнева – "Больше не будем о крыльях!?"
Да, шрамы по коже – больно, а хуже всего бессилье,
И сотни случайных взглядов терзают нагую плоть.
Но только вот незадача – нужны для полётов крылья,
Тебе без небес не выжить, и сердце не побороть.
Пусть где-то под синим небом захочется приземлиться,
По-тихому бросить якорь и чьей-то судьбою стать.
Но мука – смотреть на небо и помнить, что ты не птица.
А просто вчерашний ангел, отчаявшийся летать
На самом краю вселенной вздыхаешь о мятых крыльях,
И как ты сумела небо сменять на смешной колпак?
Бескрылая птица счастья гнездо в твоём сердце свила.
Давай помолчим с тобою сегодня о небесах.
***
чтобы потом, в бестелесной, другой стране
всё ещё знать, что была, и была – такой.
астигматизм. искажения. не смотреть.
чёрным зрачок только кажется – он пустой.
Екатерина Каверина – "Опустошённость"
В хмуром дрожанье пламени – приговор
ВИДЕТЬ сквозь бездну времени и себя
За поворотом памяти есть простор
Что упирается в немощность бытия
Время сотрёт из памяти все пути
Да, ты права – у каждого жизнь своя
Я не о счастье, вырвалось – ну прости
Может оно и к лучшему, только я
Снова пытаюсь выбраться за поворот
Мне по прямой не вырваться из надежд
Больно бывает каждому – только вот
За пустотой – наверное – кто-то есть
За пустотой – наверное – чья-то тень
(Слово "наверно" "верности" антипод)
Только планета вертится каждый день
Молью изъета истина: всё пройдёт
Где-то в другой реальности на бегу
Я посажу сомнения на замòк
Ну а покуда мучаюсь – не могу
Я заглянуть за угол в дверной глазок
***
Полет мгновенен, паденье вечно…
Но бесконечно стремленье выжить
Назло всем бедам… по вихрям встречным
Как по ступенькам – всё выше… выше!..
Svetlyachok – "Назло... Во имя..."
И снова строить хрупкие мосты, ведущие к вершинам мирозданья,
Опять с судьбою говорить на "ты", и от волнения сбивать дыханье,
По каплям собирать вчерашний свет и наполнять им кубки безразличья,
И снова слышать "да" в коротком "нет", которое, по сути, так привычно.
Истоки жизни? Это не для нас. Мы ближе к угнетающему устью.
Но виден в старом зеркале анфас мечты о главном вперемешку с грустью.
И светлячковый блик чужих потерь, стал отраженьем моего дыханья,
Ты не одна такая, Свет, поверь. В стихах всегда расплавлено страданье.
Пусть стон ветров меня давно влечёт, но я учусь – учусь летать без крыльев
Безумству храбрых жизнь поёт почёт. Безумство храбрых – тихий гимн бессилья.
***
Сплетаются тонкие ниточки наших бесед,
И я разрешаю себе им ни в чем не перечить.
Чем легче порвать эту тонкую, нежную сеть,
Тем я осторожнее кутаю в кружево плечи,
Считая великим искусством талант паука.
Коварный охотник сегодня поверит в удачу,
Когда паутины игриво коснется рука,
И строгий покой его будет бесследно утрачен
Лаэрта Эвери – "Паучья сеть"
Тонкие струны безмолвно непрожитых дней...
В них напряженье случайной, но искренней встречи
Нить паука – обнимает тебя всё сильней и сильней
Нить паука опустилась на хрупкие плечи
Да, безусловно, рассвет обречён на закат
И в неподвижности чья-то рука цепенеет
Ты говоришь о своём и опять невпопад
Нить паука обмотала изящную шею
Может когда-нибудь снова расплавится лёд
Струны вчерашней весны помогают согреться
Может и к жертве любовь ненароком придёт
Нить паука разорвёт неприступное сердце
Итака
Что ни день – Итака все дальше.
Все другое – ярче и ближе.
Я не помню, что было раньше.
Я не знаю, зачем я выжил.
Леди Лигейя – "Одиссей"
Разорвите мои оковы
Дайте в руки кинжал и факел
Я устал – только завтра снова
На рассвете оставлю Итаку
Всё другое – ярче и ближе
Всё чужое – зовёт и манит
Я не знаю, зачем я выжил
И куда ухожу не знаю
Засыпаю в открытом море
Просыпаюсь в метро московском
Я узнал – я смертельно болен.
Я устал. Но какое скотство...
***
А снег кружился чистый, белый
И тень бросали фонари.
Ну почему никто не вывел
Простую формулу любви???
Девушка Живущая В Сети – "Снег"
Простая формула прощания
Прощения и ста разлук
(ведь так банально расставание) -
Она выводится не вдруг
Она мурашками по коже
Рисуется на облаках
Никто её прочесть не может
(не отыскать её в стихах)
Никто её не потревожит
Но рвётся тоненькая нить
Она мурашками по коже
Её приходится прожить
Две любви
На стыке сердец слишком мало огня…
И кончики пальцев по венам
Скользят равнодушно почти… и любя
Не душу… – одно только тело…
Ирунчик – "Жестокие игры"
Стык сердец опять остыл
Сталь в глазах твоих застыла
Он твой гибкий стан любил -
Ты его за ум любила
Растворились боль и страх
В танце темноты и света
Две любви равны в правах
Та такая же как эта
Чайка
Я смотрю на крылья белые –
Ты устала уже – в бессилии;
Ты покоя хочешь, наверное.
Но прости, я не всесильная
Эмбер – "Чайка"
Небо – сжато вчерашней стужею,
Море спряталось под стекло.
Что забыла ты в городе, глупая?
Как тебя сюда занесло?
Город пасмурный, город призрачный
Не согреет чайку теплом.
Здесь же холодно и безжизненно...
Птица белая, где твой дом?
Крики чаичьи так пронзительны
Разгоняют по венам кровь
Ты беспомощна, нерешительна,
Как бывает порой любовь.
Как бывает порой безумие
И беспомощность горьких фраз.
Птица вольная, птица южная,
Как тебе нелегко сейчас.
Птица белая так отчаянна
Ты наверное неспроста...
Над столицей летая чайкою,
Заблудилась моя душа.
Пролог
Слушай, я устала. Перестала плакать.
Никому не верю. Ничего не жду.
Холодно сгорает в очаге бумага.
Утопают пчелки в золотом меду…
Упавшая с Луны – "Эпилог"
Закатилось солнце. Завершилась сказка.
Ночь пришла на город. Снег покрыл дома.
В очаге сгорает призрачное счастье.
Словно самозванка, полная луна
Странствует по небу, открывая тайну,
Только люди слепы – их не изменить.
Тихо дует ветер. Выдохлось призванье.
И больное сердце затопил гранит.
Для чего мы живы? Почему страдаем?
Мысли, словно ветер, улетают в даль.
Призрачное счастье в очаге сгорает.
Тридцать – это дата. На душе февраль.
Словно в старой сказке зачарован город
И тебе, быть может, с ним не совладать...
И тебе придётся (в тридцать или в сорок)
Рано или поздно научиться ждать.
Знаешь, не бывает в жизни эпилога,
Как поэт, я это вижу наперёд.
Для бессмертья тридцать в общем-то немного,
Тридцать лишь начало, если Вечность ждёт.
Солнце
Раскалённое солнце и божьи не выдержат руки –
Разомкнутся…
Однажды покатится шар золотой
По прямой траектории к краю последней разлуки,
Где горам – испаряться горячей вселенской слезой.
Екатерина Каверина – "Последнее солнце"
Руки Бога уже размыкались. Погасшее солнце
Черной тенью тугой громоздилось в пустых небесах -
(Ведь без Бога огонь не горит, и тепло к нам не льётся)
Это было недавно... почти что. На наших глазах
Руки Бога ослабли. Тьма землю покрыла, как пена,
И скупой порошок пустоты вдруг окутал сердца.
Но на Крест смог подняться Спаситель уставшей Вселенной
Для того, чтоб поправить ослабшие руки Отца.
Это было недавно... а может давно – я не знаю
В каждом сердце навеки сокрыто мерило своё
Это будет нескоро... Но Сын за Отца отвечает.
Он подхватит огонь, если тот ещё раз упадёт.
***
а потом не подкожно – подпанцирно
приникая к покровам поверхностным,
провести по щеке твоей пальцами
и проститься, простив не по первости…
Екатерина Каверина – "[из]пятничное – [в]питерское"
потеряться проститься помучаться
прописаться в пронзительной памяти
позабыть про проблемы кипучие
и вот так понемногу состариться
написать много слов полуискренних
и подпанцирно псевдопронзительно
подыскать в полумраке таинственном
парафраз полустрочек живительных
а потом потихоньку проплакаться
провести по безумию пальцами
и простить – почему-то безрадостно -
просто в Питер нагрянула пятница
Небесно-осеннее
…небо такое странное в объятиях осени –
плачет себе потихоньку, целует звёздами…
Екатерина Каверина – "небо такое стылое…"
Небо совсем не стылое и не пропахшее осенью;
Запахи поздней осени – струны души поэта
Небо – бескрайне-синее зеркало нашей совести...
Знаешь, порой так хочется в небе увидеть лето.
Небо глядело пристально – это кому-то нравилось
Небо кидалось звёздами – яркими протуберанцами
Только у каждого зеркала есть непреложное правило:
В нем отражается главное – истина в первой инстанции
Небо оно бескрайнее, небо оно счастливое
И не его вина, что в поднебесье холодно
Просто земля вращается, а небо такое синее,
А в вышине распластано поздне-осеннее золото.
Нелетабельность
Лишь два часа, как узнала, что я, брат, по роли
Карлсон, не более… Только без права взлететь.
Екатерина Каверина – "Сказка о сказках"
Право взлететь есть, наверно, у каждого.
Но чтобы летать надо оставить надежду
На этой земле есть что-то самое важное
Что всех нас здесь, словно цепями, держит
Ненависть или любовь, может даже отчаянье
Или же вера в старых надёжных друзей
Знаешь, взлететь над землёй можно даже случайно
ТОЛЬКО ЗАЧЕМ? |
|
|
